Главная » ЭКОНОМИКА » Bloomberg посчитал потери российской экономики с 2013 года

Bloomberg посчитал потери российской экономики с 2013 года

Сравнив тогдашние прогнозы с реальностью

Октябрь в нашей стране — месяц особый. Для многих поколений он был великим. Теперь ценности другие, все больше не столь возвышенные, а буквальные, то есть экономические, и прошедший октябрь на экономических весах оказался просто удивительным. Росстат показал и рост реальных доходов населения, и рост самой экономики. Можно вернуться к традиции парадов и демонстраций. Но что-то мешает.

фото: Евгений Семенов

Официально рост российского ВВП в январе–октябре 2018 года составил 1,7%. Не бог весть что, конечно, но изюминка именно в октябре. В этом месяце случился перелом. Если месяцем раньше в сельском хозяйстве был спад на 6%, а в августе и вовсе на 11,3%, то в октябре все посветлело: рост на 11,9% (все это по сравнению не с предыдущим месяцем, а с соответствующим месяцем прошлого года). Промышленность тоже выросла на 3,7%, инвестиции (уже за весь третий квартал) — на 5,5%. Так что октябрьский итог — ВВП стал выше на 2,5% — должен вселять надежды на будущее.

Но те же данные, оказывается, могут вызвать и прямо противоположные ожидания. Главный экономист Альфа-банка Наталия Орлова, например, считает, что впереди не дальнейший рост экономики, а резкое замедление. Почему?

Главных аргументов два. Первый — потребление расти не торопится. Росстат показывает: рост оборота розничной торговли составил всего 1,9%, а это самый слабый результат с августа 2017 года.

Можно возразить: реальные доходы населения выросли в октябре на 1,4% по отношению к октябрю 2017 года и вышли в плюс впервые с августа этого года — тогда они упали на 0,9% по отношению к прошлому году, а в сентябре и вовсе сократились на 2,5%.

Здесь Росстат загадал загадку. Потому что темп роста реальных зарплат в том же октябре замедлился, и объяснить рост реальных доходов на фоне продолжающегося сокращения доли доходов от предпринимательской деятельности остается только ростом процентов по вкладам. Хотя это объяснение, что называется, «на тоненького».

Зато есть два четких указателя на то, что ждать потребительский бум не стоит: неминуемый рост инфляции в связи с ростом ставки НДС и замедление роста потребительского кредитования. Объем розничных кредитов все в том же октябре вырос по отношению к сентябрю всего на 1,7%, а это самый низкий уровень с апреля 2018 года.

Второй аргумент, который приводит Орлова: отмеченный рост инвестиций относится практически исключительно к сектору добычи полезных ископаемых, тот же сектор обеспечил и рост промышленного производства. Другими словами, несельскохозяйственным драйвером роста остается добыча полезных ископаемых, зависимая от конъюнктуры мирового рынка, а она в последнее время разворачивается не в пользу российской экономики.

Если из цен на нефть драйвер роста не получится, может быть, с этой ролью, пусть не в текущем году, справятся национальные проекты, которые в соответствии с майским указом президента Путина в изобилии представлены в прошедшем думские чтения бюджете на 2019–2021 годы?

19 ноября департамент исследований и прогнозирования Банка России оценил макроэкономический эффект от «бюджетно-налогового маневра», под которым понимается рост НДС и увеличение бюджетных расходов, прежде всего инвестиционных. Вывод: «Оценка последствий бюджетно-налогового маневра с помощью фискальных мультипликаторов позволяет ожидать, что в среднесрочном периоде маневр добавит примерно 0,2–0,3 процентного пункта к росту ВВП в среднем за год».

Открывается любопытная картина. По инициативе правительства с 1 января 2019 года ставка НДС поднимается с 18 до 20%. Теперь впору торжествовать: макроэкономический негатив от этого шага удастся перекрыть эффектом от реализации нацпроектов. Классика жанра, который можно определить как битву витязя с головой. Для большего контраста стоит добавить: в каждый из бюджетов предстоящих трех лет закладывается профицит, значительно превышающий объем доходов, который дает рост ставки НДС. Другими словами, рост НДС вообще ничем не оправдан.

Напрашивающийся вопрос: что окажет на нашу экономику большее влияние — нацпроекты или антироссийские санкции? Любопытное исследование было предпринято Bloomberg Economics. Там сравнили прогнозные показатели, которых российская экономика могла бы достичь, если отталкиваться от ситуации конца 2013 года, с реальностью и недосчитались 10% ВВП. Потери обеспечили главным образом санкции, из-за которых российская экономика за четыре года стала ниже на 6%, и падение цен на нефть. Эти оценки можно оспаривать, но то, что эффект от санкций перекрывает позитив от реализации нацпроектов в рамках «бюджетно-налогового маневра», сомнений не вызывает…

Похоже, статистика октября — то самое исключение, которое, увы, подтверждает правило, по которому российская экономика будет вынуждена замедляться. Со всеми вытекающими, в том числе для курса рубля, последствиями.

Источник

Оставить комментарий